Что-то пишу, делаю, ухитряюсь вести хозяйство.
Проходя мимо вижу трупы и потерянные глаза их близких рядом.
Воистину, не передать словами ту глубину чувств, когда привычный быт нарушается чем-то таким естественным для жизни, как смерть.
Бесконечно жалею, что словарный запас скуден и не могу с прежней выразительностью написать о тех чувствах, что наполняют душу и сердце.
Нежно и трепетно влюбляюсь, чем больше смотрю, тем больше внутренний эстет удовлетворенно кивает головой, мельница в самодельном клипе дороги это что-то за гранью, в дыму, в каком-то собственном настроении. Слушаю-слушаю, как человек утомленный жаждой и припавший, наконец к источнику, а наслушаться не могу. Волшебница.
Я закрываю глаза, и там другая жизнь, не менее светлая, и кто-то близкий рядом, родной настолько, что можно не дышать, за нас двоих дышать будет. Открываю глаза а человека нет и от его отсутствия веет пустотой, а мир вокруг не изменился. Теряюсь от этого и делаю два лишних вдоха, боясь задохнуться.